* * *

температура – это дрова Камин
огонь Тмин Лимон Минное поле Сон
турки Метель Рубиновый лоб
и огромный черный клоп
пол раздвигается словно
надвигается трюм
там лежит посиневший поп
рюмка в руках –
плавает ягодка клюквы
сплюну в черное небо клювом
люк в тишину
перед глазами – лик
на маленьких руках – яблоко
мутный в прожилках глаз лаковый


* * *

Моя душа ширится и плывет по проспектам Москвы. Будто тысяча москитов. А за ними ядовитый кит. В ногах чавкает нервный тик. Это часы. Им нет конца. Нет начала. Они в вечности. Вены брызгаются не кровью, а веществом – грохотом. Создаются звуковые бухты с хохотом. Там гудят пароходы. И кто-то ест не хот-дог – шаурму. Один человек. Один террорист. Я.


ВИСОЧНЫЕ ПАУКИ

я схожу с ума
в моей сумке лежит мука
на язык кладу паука
я схожу с ума

пчелы жалят мой интеллект
небо желтое – это омлет
и собаки со шкурой как плед
всё лижут и лижут мой след

это я – шестиногая саранча
это я – шестистопная каланча
это я – палач из метро
почти ланч
почти калач
вагон не вагон
поезд не поезд
ноги как барабаны
банки как бананы

ранки на фейсе модном
бакенбарды падают на дно
консервной ванной но
ваниль сервис кокон
я иду за картой Суматры
картонные матрасы набрались ума
спермы расы
полный нокаут-картофель с утра

в каюте летает потная утка
на сопках тает слово – каюк
синий крюк как улитка
мысль похожа на шоколадную плитку

вот влип а?


ПЕДАЛИ ФЕЛИЧЕСКИЕ ИЛИ
ПЕТЛЯ ПОХОЖА НА СПАСАТЕЛЬНЫЙ КРУГ

пляшут вши
пляшут шишки
пляшут импотенты мишки
и ты пляшешь огонь
офицерский красный погон
чтобы прикорнул коршун
возле кривых сексуальных ног крошки
тихо щебечет рожь
и я прикорнул
скорлупу проткнул
сотворил корпункт
написал догматный пункт
магнит томатный яд и фрукт
грейфруты-фурункулы возле губ
маки поют


* * *

Мои нервы оголены. Череп раскрыт консервной банкой. В душе сундук. В сундуке фундук. По артериям двигаются зеленые паразиты. Крови нет. Остались только тина и плесень. Я весь весенний. Описывать себя тоже самое что переходить реку вброд. Да – я урод. У меня большой искривленный рот. Словом вокруг меня искры. Этакие жужжащие светляки. И я плюю-плюю жалом маринованной кильки.


ФАРШ ФЕЛИНИ

Бульдоги с багровыми глазами грызли труп. Его пурпурный багорный пуп. Пахло мятой. И я проклятый с костяной трубкой и дымом ватным. Ходил, ходил вокруг четырехлетней девочки. В серебристой клеточке сидели ребристые птенчики в кепочках. Диском катило лето в железном венчике. Я иногда кашлял и тихо читал стихи Шукайлы. Кайлом выбивал хиты из мороженного шкафа. Лакал молочную кашу. С рожи шарфиком падал фарш.